Уитнес Ли и гностики: пять черт, которые узнал бы Ириней

Около 180 года Ириней, епископ Лиона, написал пять книг против гностиков. В юности он слушал Поликарпа, который знал апостола Иоанна. Гностики были учителями внутри церквей и вокруг них, которые притязали на высшее знание, гносис, превосходящее веру, полученную обычными христианами. Лучше всего Ириней знал валентиниан. Их система, писал он, такова, что «ее ни пророки не возвещали, ни Господь не учил, ни апостолы не передали, но они хвалятся, что знают ее совершеннее всех других» (Против ересей, книга I, глава 8 ↗).

Апостол Иоаннученик Иисуса

→учил

Поликарпок. 69–155 · Смирна

→его слушал

Иринейок. 180 · Лион

Ириней, «Против ересей» 3.3.4. Иконы: Андреас Рицос (1449–50); икона Поликарпа. Ириней: витраж Люсьена Бегюля (1901). Общественное достояние.

Ли не учил их мифам о небесных силах или о низшем боге-творце. Общим у него с ними было то, как они относились к другим христианам и к Библии, — и именно против этого выступал Ириней. Валентиниане, пишет он, ходили среди членов Церкви, «подражая нашим выражениям» (Против ересей, книга III, глава 15 ↗), и спрашивали, «почему, когда они говорят то же самое и держатся того же учения, мы называем их еретиками». В предыдущей статье о «высоком Евангелии» показан один пример: «низкое» Евангелие для обычных верующих и «высокое» для тех, кто видит дальше. Есть еще пять.

В 2013 году служитель Гордон Фергюсон, прочитав «Духовного человека» Вочмана Ни и The All-Inclusive Christ Уитнеса Ли, назвал их систему «формой неогностицизма». По его словам, у системы Ни «своя особая терминология, так что непосвящённые не могут по-настоящему постичь „глубины“ Божьи». И «именно здесь учения Ни и Ли особенно сходятся с гностицизмом»: гностики «смотрели свысока на тех, кто просто держался конкретных слов Библии» (Учение Вотчмана Ни о душе и духе: форма неогностицизма ↗). Поставьте слова Ли рядом со словами Иринея, и станет ясно почему.

Духовные и душевные

Валентиниане делили людей на три рода: «духовных, вещественных и душевных» (Против ересей, книга I, глава 7 ↗). Греческое слово — psychikos, от psychē, душа. Вещественные погибнут. Духовные спасаются тем, что они есть. Душевные — посередине, и Ириней прямо говорит, кого они имели в виду: обычных членов церкви, «утверждающихся делами и одной лишь верой и не имеющих совершенного знания. Это, говорят они, мы, люди Церкви».

Эти разряды они нашли у Павла. «Душевный человек не принимает того, что от Духа», — цитировали они 1 Коринфянам 2:14, а из следующего стиха: «духовный судит о всем» (Против ересей, книга I, глава 8 ↗).

Вочман Ни«Духовный человек» (1928)

→продолжил

Уитнес Ли1905–1997

Фото: Ни — общественное достояние (Wikimedia Commons); Ли — witnesslee.wordpress.com.

Вочман Ни построил свою книгу «Духовный человек» на границе между духом и душой, и Ли продолжил эту линию. Сам Ли объясняет: «Душевный человек — это естественный человек, живущий в своей душе, а не в своем духе». И применяет это к другим верующим: «Сегодня многих христиан можно сравнить с коровами, слушающими музыку: они не ценят и не различают того, что слышат» (Life-Study of 1 Corinthians, сообщение 17 ↗).

Валентиниане говорили, что духовными рождаются, но душевные посередине «обладали свободной волей» и каждый «переходит на ту сторону, куда влечет его склонность» («Против ересей» 1.6.1 ↗). Ли говорил, что любой может стать духовным, обратившись к духу. Но в обеих системах большинство христиан живет в душе, немногие живут в духе, и эти немногие могут судить всех, а их никто судить не может.

Павел не делит церковь таким образом. В 1 Коринфянам 2:14 душевный (psychikos) человек — это тот, у кого нет Духа; ему противопоставлены «мы», которые «приняли… Духа от Бога» (2:12). Когда Павел в следующей главе обличает верующих, он называет их «плотскими», «младенцами во Христе» — и все же «братиями». Плотскими их делали «зависть, споры и разногласия» (3:1–3), а не то, что они слишком много думали. В других местах это слово описывает «тело душевное», которое сейчас есть у каждого верующего (1 Коринфянам 15:44), и мудрость «земную, душевную, бесовскую» (Иакова 3:15). Иуда употребляет то же слово о лжеучителях: «Это люди, отделяющие себя (от единства веры), душевные, не имеющие духа» (Иуды 1:19). В Синодальном переводе это видно сразу: и у Павла, и у Иуды стоит одно и то же слово «душевный». Так что в Библии «душевные» — это те, кто раскалывает церковь, а не обычные верующие в ней.

Когда вопрос становится симптомом

Ириней заметил, что эта двухклассовая система делала с вопросами. Когда слушатель требовал от валентиниан объяснений или возражал, «они утверждают, что он не способен принять истину и не имеет семени свыше… и так, в сущности, ничего ему не отвечают, а просто объявляют, что он принадлежит к среднему месту, то есть к душевной природе». Возражение принималось за доказательство низшей природы, и никому не нужно было на него отвечать.

Ли учил тому же. Павел говорит, что о духовном «судить никто не может» (1 Коринфянам 2:15). Ли делает вывод: «Те, кто не упражняет дух, никак не могут распознать духовного человека… душевный человек не может распознать духовного» (Life-Study of 1 Corinthians, сообщение 17 ↗). К низшему классу относится и чтение Библии умом: «Просто исследовать Писания — значит прийти к дереву познания» (Life-Study of Genesis, сообщение 13 ↗), а в учении Ли это дерево использует сатана.

Сложите это вместе, и член церкви, который проверил учение по Библии и нашел проблему, получает готовый ответ еще до того, как откроет рот. Если он встревожен, значит, он в уме. Если он не видит, значит, он душевный. Если он продолжает исследовать, значит, он пошел не к тому дереву. Никому не нужно показывать ему по Писанию, в чем он неправ.

Лука хвалил людей именно за это. Верийцы проверяли даже Павла, «ежедневно разбирая Писания, точно ли это так». Лука называет их «благомысленнее» (Деяния 17:11). Павел сказал фессалоникийцам: «Все испытывайте, хорошего держитесь» (1 Фессалоникийцам 5:21). Иоанн велел церквам «испытывать духов» (1 Иоанна 4:1). Ириней объяснил почему: «Заблуждение правдоподобно и похоже на истину, но нуждается в маскировке; истина же не прикрыта, и потому вверена детям».

Скрытый смысл под ясным

Самый известный образ Иринея — о том, как гностики читали Библию. Их метод, говорит он, похож на то, как если бы кто-то разобрал портрет царя из драгоценных камней, сложил из камней лису и стал уверять, что это по-прежнему царь. Камни были настоящими, как и стихи, которые они цитировали, были настоящим Писанием, но они «пренебрегают порядком и связью Писаний» (Против ересей, книга I, глава 8 ↗).

Ли поступил похоже и сказал об этом прямо. В юности его учили, что следовать Иисусу — значит любить людей, как любил Иисус, быть кротким и терпеливым, как Он. Вердикт Ли: «Внешне это учение правильно, но по существу оно совершенно неверно». Следовать Иисусу, по существу, — значит «быть ксерокопией того первого Богочеловека», жить «не человеческой жизнью, а божественной жизнью». Добродетели Ли не отбрасывает: Бог должен выражаться «во всех Своих божественных атрибутах, становящихся человеческими добродетелями» (Практический путь жить жизнью согласно высокому пику божественного откровения в Священном Писании, глава 2 ↗).

Ириней описывает и второй прием. Когда гностиков «обличают из Писаний, они обращаются к обвинению самих Писаний, будто они неправильны и не имеют авторитета», и утверждают, что «истину не могут извлечь из них те, кто не знает предания» («Против ересей» 3.2.1 ↗). Ли делал это с целыми книгами.

Он говорил, что Псалом 1 «написан неверно, с неверным представлением, человеческим представлением» (Life-Study of Psalms, сообщение 1 ↗), что бояться Бога и удаляться от зла, как Иов, «недостаточно, и на самом деле это не положительно» (Life-Study of Job, сообщение 2 ↗), что некоторые слова в Послании Иакова — «это слова Иакова, а не слова Бога» (Life-Study of James, сообщение 14 ↗), и что выводы Соломона в Екклесиасте «не следует считать божественным откровением от Бога» (Life-Study of Ecclesiastes, сообщение 2 ↗). Каждый раз мерилом служила его собственная система: экономия Бога, Богочеловек, выражение Бога. Отдельная статья ставит каждый отрывок рядом с его толкованием и с тем, что говорит остальное Писание.

Апостолы учили ясному смыслу. «Научитесь от Меня, ибо Я кроток и смирен сердцем», — сказал Иисус (Матфея 11:29). Петр написал, что Христос пострадал, «оставив нам пример, дабы мы шли по следам Его», и описал эти следы: Он не согрешил, не злословил взаимно, не угрожал (1 Петра 2:21–23). Иоанн сказал: «Кто говорит, что пребывает в Нем, тот должен поступать так, как Он поступал» (1 Иоанна 2:6).

Ириней указывал на веру, которой церкви учили открыто, одну и ту же во всех краях: «И никто из предстоятелей церквей, как бы ни был он силен в слове, не будет учить иному (ибо никто не выше Учителя)». Для Иринея учитель, утверждающий, что видит дальше апостолов, уже сбился с пути.

Сатана в теле

У гностического семейства религий был еще один потомок — манихейство, и Августин Гиппонский девять лет принадлежал к нему до своего обращения. Манихеи учили, что в каждом человеке смешаны две природы, светлая и темная. Позже Августин описал, что эта вера сделала с ним: «Мне все еще казалось, что грешим не мы, а грешит в нас какая-то другая природа. И моей гордости было приятно быть без вины».

Ли учил чему-то очень близкому. «Грех — это природа сатаны, впрыснутая в человека», — писал он. «Когда Бог сотворил человека, Он сотворил его с чистым телом. Но когда сатана впрыснул себя как грех в тело человека, тело стало испорченным. Поэтому в Библии тело человека называется плотью. В нашей плоти мы едины с сатаной, ибо плоть — это жилище сатаны в человеке». Верующий, говорил он, «довольно сложен, потому что сатана как грех находится в его плоти, а Господь как животворящий Дух — в его духе» (Life-Study of Romans, сообщение 49 ↗).

Ли опирается на Римлянам 7:18: «не живет во мне, то есть в плоти моей, доброе». Но посмотрите, где стоит этот стих. В 7:7–13 Павел в прошедшем времени рассказывает, что случилось, когда закон встретился с грехом: «когда пришла заповедь, то грех ожил, а я умер» (7:9–10). Затем в 7:14–25 он переходит на настоящее время, чтобы сделать эту борьбу живой, и говорит как человек под законом: «я плотян, продан греху» (7:14). Так он не описывает христиан. Чуть раньше он говорит о времени, «когда мы жили по плоти» (7:5), и говорит верующим, что они «освободились от греха» (6:18). Чуть позже он говорит: «вы не по плоти живете, а по духу» (8:9). И нигде больше в своих посланиях Павел не описывает христианскую жизнь как поражение от греха. Он говорит обратное: «Грех не должен над вами господствовать, ибо вы не под законом, но под благодатью» (6:14); «поступайте по духу, и вы не будете исполнять вожделений плоти» (Галатам 5:16). Иоанн Златоуст понимал эту главу как описание человеческой природы под законом, и так же понимал ее Августин, пока позже не изменил мнение. Павел называет тело верующего «храмом… Святаго Духа» (1 Коринфянам 6:19), а не жилищем сатаны. Сам Августин цитировал Римлянам 7 о своей борьбе непосредственно перед обращением и все же заключил: «Это был я, именно я сам» (Исповедь, книга VIII, глава 10 ↗).

Иисус сказал, что грех исходит из сердца: «Ибо извнутрь, из сердца человеческого, исходят злые помыслы, прелюбодеяния, любодеяния, убийства… всё это зло извнутрь исходит и оскверняет человека» (Марка 7:21–23). Иаков говорит то же: «каждый искушается, увлекаясь и обольщаясь собственною похотью» (Иакова 1:14). Если мой грех — мой, я могу исповедать его и получить прощение (1 Иоанна 1:9). Если это природа сатаны в моем теле, его легко свалить на сатану, как Августин делал девять лет.

Благодать, которую нельзя утратить

Ириней записывает еще одно убеждение валентиниан. Духовные, говорили они, «будут спасены вполне и несомненно, не через поведение, а потому, что они духовны по природе». Как «золото, погруженное в грязь», они не могут «потерять свою духовную сущность, в какие бы вещественные дела ни были вовлечены». Они также смеялись над членами церкви, верившими в обратное: «они говорят, что мы получаем благодать лишь для употребления, и потому она снова будет отнята у нас; а сами они имеют благодать как свою особую собственность» (Против ересей, книга I, глава 6 ↗).

Ли поместил уверенность верующего туда же — в нечто, вложенное в нас и неспособное выйти. Вера, учил он, — «это всецело реакция, вызванная божественным вливанием… Однажды получив такую веру, мы никогда не можем ее потерять. Она глубже нашей крови, потому что она влита в нас и составлена в наше существо. Хотя мы можем пытаться не верить, нам никогда это не удастся» (Life-Study of Romans, сообщение 8 ↗). И еще: «Что бы мы ни сделали, что бы мы ни делали и что бы мы ни сделали в будущем, это не может повлиять на наше спасение» (Life-Study of Hebrews, сообщение 46 ↗). В его учении спасение покоится на божественной сущности внутри верующего, до которой не дотягивается ничто из того, что он делает.

Обе системы отводят низшему классу и низшую участь. Валентиниане говорили, что духовные войдут в Плерому, а «души праведных» будут «покоиться» в промежуточном месте, «но ничто душевное не войдет в Плерому» («Против ересей» 1.7.1 ↗). Ли, продолжая то, что Вочман Ни взял у викторианского учителя Роберта Говетта, учил, что непобеждающие верующие спасены, но лишаются Царства, а внешняя тьма — это «наказание не ложных верующих, а подлинных верующих, которые неверны» (Life-Study of Matthew, сообщение 66 ↗), «диспенсационное наказание» на тысячу лет. Исключение у Ли кончается, а у них нет, но в обоих случаях обычный верующий остается вне того, что получают немногие духовные. Статья об исключении из тысячелетнего царства проверяет прочтение Ли Писанием.

Убеждение, над которым смеялись гностики, было убеждением церкви. Ириней передает учение пресвитера, который «слышал это от видевших апостолов» (Против ересей, книга IV, глава 27 ↗): мы «сами должны бояться, как бы после познания Христа, делая неугодное Богу, нам не лишиться уже прощения грехов и не оказаться исключенными из Его Царства». Затем он цитирует слова Павла к римлянам: «Ибо если Бог не пощадил природных ветвей, то смотри, пощадит ли и тебя» (Римлянам 11:21).

Против этого часто приводят Римлянам 8, но в одном и том же послании есть и то, и другое. Павел перечисляет, что не может отлучить верующих от любви Христовой: «скорбь, или теснота, или гонение, или голод, или нагота, или опасность, или меч», смерть и жизнь, Ангелы и Силы (8:35–39). Тремя главами позже он говорит той же церкви: «а благость к тебе, если пребудешь в благости [Божией]; иначе и ты будешь отсечен» (11:22). Ничто извне не может оторвать верующего от Христа, но верующий может отойти сам, и поэтому Послание к Евреям предостерегает от «сердца лукавого и неверного, дабы вам не отступить от Бога живаго» (Евреям 3:12).

Вера, однажды преданная

Павел закончил первое послание к Тимофею предостережением: «О, Тимофей! храни преданное тебе, отвращаясь негодного пустословия и прекословий лжеименного знания, которому предавшись, некоторые уклонились от веры» (1 Тимофею 6:20–21). Слово «знание» здесь — гносис. Иуда призвал церкви «подвизаться за веру, однажды преданную святым» (Иуды 1:3). Ничего не было оставлено про запас для высшего класса верующих, чтобы узнать позже.

Если вас учили, что большинство христиан душевны, что ваши вопросы показывают, что вы в уме, что ничто из того, что вы делаете, не может лишить вас спасения, или что ясные слова Иисуса «внешне правильны», но «по существу неверны», — вас учили тому, что церковь слышала и отвергла еще во II веке. Она ответила одной верой, проповедуемой открыто, которую и ребенок может проверить по Писанию, и тем, что нет учителя выше Учителя.

Места Писания, рассматриваемые в этой статье